Первый односторонний пользователь КИ: история Михаила Метиева

Почему слух пропал?

Михаил рассказывает, что восемь лет назад на фоне ОРВИ у него развился отит и гайморит. Несмотря на то, что осложнения были серьезными, он не обращал большого внимания на проблемы со здоровьем — продолжал ходить на работу и лечить простуду подручными средствами. К сожалению, из-за сочетания симптомов воспаление из среднего уха распространилось на височную кость и внутреннее ухо, к заложенности присоединились головокружения и головная боль — а Михаила срочно направили на госпитализацию и операцию.

Благодаря оперативному вмешательству удалось остановить опасное воспаление, но слух справа был утрачен — чувствительные клетки внутреннего уха были необратимо повреждены. Через несколько месяцев после операции стало понятно, что слух не восстановится.  При этом протезирование слуховыми аппаратами было неэффективно — после воспаления и операции на правом ухе была диагностирована четвертая степень тугоухости, пограничная с глухотой.

В тот момент односторонняя потеря слуха не являлась показанием к проведению КИ. Поэтому единственное, что оставалось Михаилу — привыкнуть к однобоко звучащему миру.

— Со временем я привык. Если разговаривал с кем-то в шумном месте, поворачивал голову нормально слышащим ухом, — рассказывает Михаил, — У меня часто спрашивали «что же ты вертишься». Приходилось рассказывать, что я глухой справа, что у меня буквально есть «рабочая сторона». Возникли, конечно, и проблемы со стерео: что бы ни звучало, для меня оно звучало только справа, а значит, чтобы найти источник звука, например телефон, приходилось снова крутиться волчком.

Мотивация — гланый критерий

Михаил случайно увидел объявление о расширении показаний для КИ в интернете. После поиска информации о кохлеарных имплантах и центрах, где проводят операции, он обратился в ПОМЦ за консультацией.

— У меня было две главных мотивации: сейчас у меня есть здоровье, силы и время на операцию и восстановление после нее. Я понимал, что сейчас я молод, а значит, и операция пройдет легче, и мозгу будет легче освоиться с новым слухом. Чем старше я бы становился — тем, наверное, медленнее шло бы и восстановление слуха. Вторая мотивация — я понимал, что у меня осталось только одно здоровое ухо; а что будет, если я лишусь слуха и на нем? У меня семья, жена, двое детей, я должен заботиться о них, работать. Когда я решился на КИ, я сразу понимал, что мне предстоит заниматься своим слухом. И у нас с Алексеем Александровичем Новожиловым состоялся серьезный разговор. Он сразу сказал, что нет ничего хуже, если мне сделают КИ, а я попросту не захочу и не буду носить процессор, пользоваться устройством. Я убедил, что буду — и свое слово сдержал: ношу процессор каждый день с утра до вечера, занимаюсь своим электронным слухом, выдумываю способы его тренировать.

Обычная операция и необычная настройка

— Операция прошла легко. Буквально через пару часов я уже ходил, можно сказать «бегал» с этажа на этаж. Показательно, что в день операции я находил, кажется, шесть тысяч шагов. Поэтому даже если со стороны кохлеарная имплантация кажется страшноватой — не стоит бояться. Это относительно рутинная процедура, после которой довольно быстро приходишь в форму, — делится Михаил.

После подключения процессора его громкость постепенно увеличивают, чтобы слуховые зоны мозга привыкали к новому стимулу. По словам Михаила, главное — стараться держать громкость процессора на максимально комфортном уровне в любых слуховых ситуациях — и в шуме, и в тишине.

— Я прихожу на настройки чуть чаще, чем обычный пациент КИ — в среднем раз в пару месяцев. Отчасти это связано с тем, что я один из первых пациентов с КИ при односторонней глухоте. Это необычная ситуация, которая требует необычных подходов. На процессе моих настроек в том числе оттачивается процедура, которую потом можно будет использовать на большем количестве пациентов. Я только рад поучаствовать и помочь — потому что мне повезло стать одним из первых реципиентов КИ при одностоонней глухоте. Стараюсь предлагать свои идеи. Например, с Марией Юрьевной Крупновой мы используем белый шум, чтобы «заглушить» нормально слышащее ухо — обычно его проигрывают через накладные наушники. Но я предложил принести в следующий раз и свои наушники-капельки, и проигрывать свой белый шум: мне кажется, так настройка пройдет точнее.

Как тренировать слух?

Главная особенность КИ при односторонней глухоте — это процесс реабилитации. Большую часть времени пациенту следует слышать мир и обычным слухом, и через КИ. Только постоянное ношения процессора позволяет «подружить» два уха и добиться объемного звучания.

Но на время слухоречевых тренировок предстоит сделать так, чтобы пациент учился слышать и распознавать речь и звуки именно через имплант. Существует несколько подходов, как этого добиться:

• Заглушить нормально слышащее ухо с помощью беруши.
• Заглушить нормально слышащее ухо белым шумом.
• Передавать звуки для тренировки напрямую в имплант — с помощью AudioLink, AudioStream или индукционной петли.

— Я для себя выбрал стратегию с белым шумом: включаю его через наушник в нормальное ухо, а затем проимплантированным ухом слушаю в машине подкасты, новости, музыку. Поначалу, конечно, было сложно распознавать слова. Но сейчас я разбираю 85% при прослушивании только через КИ. Это, конечно, удивительно. Восемь лет я не слышал правым ухом совсем ничего, мог разобрать буквально ноль слов, а теперь я слышу и понимаю почти все.

Михаил рассказывает, что появление аудиопроцессора вернуло стерео-звучание, мир снова стал объемным, а не однобоким. Во время разговоров в шумных местах больше нет необходимости крутить головой. В то же время использование КИ никак не отразилось на его ежедневной жизни — он все также активно занимается спортом, от велоспорта до плавания, работает и общается с друзьями.